wantala
11.04.2006, 17:14
17 февраля: 11-я симфония Д.Д.Шостаковича
попытка хоть что-то сказать о...
Поскольку и в классической музыке, и в её истории я полный профан, перво-наперво закидываю сюда кратенький очерк о том, кто, собственно такой этот самый Дмитрий Дмитриевич. Итак, экскурс в биографию. Кратенький :deal:.
Дмитрий Дмитриевич Шостакович
1673
Шостакович Дмитрий Дмитриевич (1906-1975) - один из крупнейших композиторов современности, выдающийся пианист, педагог и общественный деятель. Шостакович был удостоен звания Народного артиста СССР (1954), Героя Социалистического Труда (1966), Государственной премии СССР (1941, 1942, 1946, 1950, 1952, 1968), Государственной премии РСФСР (1974), премии им. Сибелиуса, Международной премии мира (1954). Почетный член академий и университетов многих стран мира.
Польского происхождения, Дмитрий Шостакович родился в Санкт-Петербурге 12(25) сентября 1906 г., умер в Москве 9 августа 1975г. Отец - инженер-химик, любитель музыки. Мать - одаренная пианистка, она дала первоначальные навыки игры на фортепиано. После занятий в частной музыкальной школе в 1919 г. Шостакович принят в Петроградскую консерваторию по классу фортепиано, позже стал заниматься композицией. Еще студентом он начал работать - был тапером во время показа "немых" кинофильмов.
В 1923 г. Шостакович окончил консерваторию как пианист (у Л.В. Николаева), а в 1925 г. - как композитор. Его дипломной работой была Первая симония. Она стала крупнейшим событием музыкальной жизни и положила начало мировой известности автора.
Уже в Первой симфонии можно видеть, как автор продолжает традиции П.И. Чайковского, Н.А. Римского-Корсакова, М.П. Мусоргского, Лядова. Все это проявляется как синтез ведущих течений, преломленных по-своему и свежо. Симфония отличается активностью, динамичным напором, неожиданными контрастами.
В эти же годы Шостакович концертирует как пианист. Он получил почетный диплом на первом Международном конкурсе им. Ф. Шопена в Варшаве, какое-то время стоял перед выбором - сделать своей профессией сочинение музыки или концертную деятельность.
После Первой симфонии началась краткая полоса экспериментов, поиска новых музыкальных средств. В это время появились: Первая соната для фортепиано (1926), пьеса "Афоризмы" (1927), Вторая симфония "Октябрь" (1927), Третья Симфония "Первомайская" (1929).
Появление кино- и театральной музыки ("Новый Вавилон" 1929), "Златые горы" 1931, спектакли "Клоп" 1929 и "Гамлет" 1932) связано с формированием новых образов, особенно социальной карикатуры. Продолжение этого было найдено в опере "Нос" (по Н.В. Гоголю 1928) и в опере "Леди Макбет Мценского уезда" ("Катерина Измайлова") по Н.С. Лескову (1932).
Сюжет одноименной повести Н. С. Лескова переосмыслен Шостаковичем как драма незаурядной женской натуры в условиях несправедливого общественного устройства. Сам автор назвал свою оперу "трагедией-сатирой". В ее музыкальном языке гротеск в духе "Носа" сочетается с элементами русского романса и протяжной песни. В 1934 опера была поставлена в Ленинграде и Москве, шла под названием "Катерина Измайлова"; затем последовал ряд премьер в театрах Северной Америки и Европы (опера 36 раз выходила в (заново переименованном) Ленинграде, 94 раза в Москве, ее также ставили в Стокгольме, Праге, Лондоне, Цюрихе и Копенгагене. Это был триумф и Шостаковича поздравляли как гения.)
В январе 1936 спектакль "Катерина Измайлова" посетил Сталин. Опера шокировала его. Реакция нашла свое выражение в редакционной статье "Сумбур вместо музыки", опубликованной в "Правде" и на долгие годы определившей пути развития советской музыки. Спустя несколько дней "Правда" напечатала еще одну редакционную статью на музыкальную тему "Балетная фальшь"; на этот раз уничтожающей критике был подвергнут балет Шостаковича "Светлый ручей" (1935).
После статей "Правды" большинство произведений Шостаковича, написанных до 1936, практически исчезло из культурного обихода страны. Композитор был вынужден отменить назначенную на осень 1936 премьеру симфонии N4 (впервые она была исполнена в 1961). "Катерина Измайлова" была "реабилитирована" на родине только в 1962. Сочинения 1920-х годов (за исключением симфонии N1 и некоторых миниатюр) не исполнялись в СССР вплоть до середины 1960-х годов, а "Нос" был возобновлен только в 1974.
Четвертая (1934), Пятая (1937), Шестая (1939) симфонии представляют собой интересный новый этап в творчестве Шостаковича.
Развивая симфонический жанр, Шостакович одновременно придает все большее значение камерно-инструментальной музыке.
Появляются ясные, светлые, грациозные, уравновешенные Соната для виолончели и фортепиано (1934), Первый струнный квартет (1938), Квинтет для струнного квартета и фортепиано (1940) стали крупнейшими событиями музыкальной жизни.
Седьмая симфония (1941) стала музыкальным памятником Великой Отечественной войне. Продолжением ее идей стала Восьмая симфония.
В послевоенные годы все больше внимания Шостакович уделяет вокальному жанру.
В феврале 1948 было опубликовано Постановление ЦК ВКП(б) об опере В. И. Мурадели "Великая дружба", в котором музыка крупнейших советских композиторов в том числе Прокофьева, Шостаковича, Хачатуряна объявлялась "формалистической" и "чуждой советскому народу". Новая волна нападок на Шостаковича в прессе значительно превзошла ту, что поднялась в 1936. Вынужденный подчиниться диктату, Шостакович, "осознав ошибки", выступил с ораторией "Песнь о лесах" (1949), кантатой "Над Родиной нашей солнце сияет" (1952), музыкой к ряду фильмов исторического и военно-патриотического содержания и др., что отчасти облегчило его положение. Параллельно сочинялись произведения более высокого художественного достоинства концерт N1 для скрипки с оркестром, вокальный цикл "Из еврейской народной поэзии" (оба 1948) (последний цикл никак не согласовывался с антисемитской политикой государства), струнные квартеты N4 и N5 (1949, 1952), цикл "24 прелюдии и фуги" для фортепиано (1951); за исключением последнего, все они были исполнены только после смерти Сталина.
Симфонизм Шостаковича дает интереснейшие примеры использования классического наследия бытовых жанров, массовых песен (Одиннадцатая симфония "1905 год" (1957), Двенадцатая симфония "1917 год" (1961)). Продолжением и развитием наследия Л.-В. Бетховена стала Тринадцатая симфония (1962), написанная на стихи Е. Евтушенко. Сам автор говорил, что в его Четырнадцатой симфонии (1969) использованы идеи "песен и плясок смерти" Мусоргского.
Важная веха - поэма "Казнь Степана Разина" (1964), она стала кульминацией эпической линии в творчестве Шостаковича.
Четырнадцатая симфония соединила достижения камерно-вокального, камерно-инструментального и симфонического жанров. На стихи Ф. Гарсия Локи, Т. Апполинаро, В. Кюхельбекера и Р.М. Рильке создано глубоко философское, лирическое произведение.
Завершением большой работы по развитию симфонического жанра явилась Пятнадцатая симфония (1971), которая объединила все лучшее, что было достигнуто на различных этапах творчества Д.Д. Шостаковича.
Громадный объем, высочайший уровень творчества Шостаковича - это не только вклад в судьбу и историю отечественной музыки, но и вклад в развитие мировой культуры.
Остается один вопрос - в России ощущается некоторое охлаждение к Шостаковичу, а на Западе его тем временем все чаще называют первым среди равных в семье величайших композиторов XX века. В России видимо срабатывает не очень лицеприятная мысль-"Тут своих проблем хватает. Зачем же еще и в концертном зале душу разрывать на части..."
Шостакович был как зеркало: каждый видел в нем себя, свое. Это свойство величайших художников. Потому мы и зовем их "вечными спутниками".
(с) http://peoples.ru/art/music/composer/shostakovich (http://peoples.ru/art/music/composer/shostakovich)
:idea::idea::idea:
Теперь вкратце о том, что происходило вчера.
В первом отделении Национальный симфонический под руководством Н.Дядюры, бессменного, как на моей памяти, его руководителя и дирижёра, совместно с австрийской "звездой" скрипки, Давидом Вольфгангом, отыгрывали
Концерт №5 ля мажор для скрипки с оркестром, KV 219:
I. Allegro aperto
II. Adagio
III. Rondo. Tempo di menuetto
- как о том свидетельствует программка :dontknow:.
Выступление не слишком впечатлило, по ряду причин: во-первых, я это произведение слышу впервые, а Моцарт лично для меня хорош именно своими чудесными узнаваемыми мелодиями. Во-вторых, в скрипке австрийца я не услышал Откровения. Он выступил хорошо, но душу не зацепил. Несколько раз мне даже показалось, что смычок на краткий миг давал сбой... :upset:. В-третьих, я шёл всё-таки не на Моцарта, мне хотелось более сложной композиционно, более "нагружающей", более зрелой музыки. Русской музыки хотелось мне! :idea:. Что ж, во втором отделении я получил всё это с лихвой :pray:. До сих пор не совсем понимаю политику ставить такие разные произведения столь разных композиторов в одном концерте, кстати... :fingal:. Перед Шостаковичем можно было разогреть публику, скажем, Григом или Чайковским :umnik:. Хотя, блин, кто я такой, чтобы их ставить в один ряд :crazy:.
Второе отделение - собственно одиннадцатая симфония, прошло не на одном дыхании (это по-моему невозможно), но с полной концентрацией так точно.
Опять-таки вернусь немножко к программке, процитирую пару строк оттуда:
"К созданию Одиннадцатой симфонии Шостакович шёл постепенно. Она была подготовлена целой цепочкой произведений. Тема революции розрабатывалась композитором ещё во Второй ("Посвящение Октябрю") и Третьей симфонии ("Первомайской"). В 1952 году он создаёт Десять поэм для хора на стихи русских поэтов конца ХIХ начала ХХ ввеков. Наиболее развёрнутая из них "9 января". Неслучайно, что две основные мелодии этой поэмы заняли центральное место в Одиннадцатой симфонии. Кроме них, Шостакович использовал реальные напевы народных революционных песен".
Такой себе исторический выходит революционный музыкальный очерк.
О музыке немного напишу, чтоли... Очень сложное, но логичное построение произведения держит слушателя в постоянном состоянии ожидания, тревоги, и в нескольких местах идёт очень сильная, ударная разрядка. Первая часть начинается эдаким постепенным струнным нагнетением. Всё ждёш перехода в основную мелодию, или в вариацию, однако музыка заставляет тебя переставать прогнозировать, и держит не просто в ожидании - в тревоге, в чустве уверенности в чём-то неизбежном. Эдакое тревожное предчувствие в конце концов увенчивается уверенностью: это меняется, постепенно набирает силу оркестровая мощь, в своём звуковом сплетении композиция звуков напоминает хмурящееся перед грозой небо, готовящееся к шторму море ...Или мрачные настроения масс в редвкушеньи революции :idea:.
Бабабанные, словно пушечно-пулемётные фрагменты, обрывки мелодий тех лет (снова на помощь программка приходит: это старинные тюремные песни "Слушай", "Арестант", в первой части; заимствования из поэмы "9 января", "Гой ты, царь наш, батюшка!", "Обнажите головы" в последующих двух...), затишья, вновь постепенное "раскачивание" всей симфонической оркестровой мощи звучания, до дрожи прошибающие насквозь звуковые Пики, когда звучат литавры, гонг, большие тарелки, вновь спад, возврат к изначальным темам... Как будто читаешь роман с множеством сюжетных линий, и всё сбалансировано так, что не можешь не понимать, насколько продумано место для каждого персонажа (в данном случае - для кажой отдельной темы, отрывка, фрагмента).
Финал симфонии окончательно добивает тем, что ожидаешь ещё одного такого ударного Пика, а тебя берёт в плен совершенно потрясающее сплетение тем. Когда это играет около 50-ти инструментов, глубина звука такова, что это сплетение вообще выводит из адекватного состояния: хочется там растаять...
В общем, что и говорить, после концерта чувствуешь себя ещё некоторое время слегка "пришибленным" :degenerat:.
Таков мой профанский взгляд со стороны на вчерашний концерт. Призвана эта попытка отчота ещё раз заверить тех, кто позиционирует себя как яростный противник классических форм, и настаивает на ущербности жанра, либо убить себя об стену (предпочтительно :deal:), либо учить матчасть и пытаться всё же постигать непостижимое (то есть следить за анонсами таких концертов, хотя бы :upset:), либо навсегда отказаться от любых высказываний о классической музыке: ни я ни мои возможные опоненты всё равно нихрена в ней не смыслят, так давайте же хотя бы не смешить друг друга излишним пафосом громких, и ничего не значащих фраз :idea:.
---
Засим кончаю. Спасибо за Ваше внимание, если дочитали до этого места :bow:.
попытка хоть что-то сказать о...
Поскольку и в классической музыке, и в её истории я полный профан, перво-наперво закидываю сюда кратенький очерк о том, кто, собственно такой этот самый Дмитрий Дмитриевич. Итак, экскурс в биографию. Кратенький :deal:.
Дмитрий Дмитриевич Шостакович
1673
Шостакович Дмитрий Дмитриевич (1906-1975) - один из крупнейших композиторов современности, выдающийся пианист, педагог и общественный деятель. Шостакович был удостоен звания Народного артиста СССР (1954), Героя Социалистического Труда (1966), Государственной премии СССР (1941, 1942, 1946, 1950, 1952, 1968), Государственной премии РСФСР (1974), премии им. Сибелиуса, Международной премии мира (1954). Почетный член академий и университетов многих стран мира.
Польского происхождения, Дмитрий Шостакович родился в Санкт-Петербурге 12(25) сентября 1906 г., умер в Москве 9 августа 1975г. Отец - инженер-химик, любитель музыки. Мать - одаренная пианистка, она дала первоначальные навыки игры на фортепиано. После занятий в частной музыкальной школе в 1919 г. Шостакович принят в Петроградскую консерваторию по классу фортепиано, позже стал заниматься композицией. Еще студентом он начал работать - был тапером во время показа "немых" кинофильмов.
В 1923 г. Шостакович окончил консерваторию как пианист (у Л.В. Николаева), а в 1925 г. - как композитор. Его дипломной работой была Первая симония. Она стала крупнейшим событием музыкальной жизни и положила начало мировой известности автора.
Уже в Первой симфонии можно видеть, как автор продолжает традиции П.И. Чайковского, Н.А. Римского-Корсакова, М.П. Мусоргского, Лядова. Все это проявляется как синтез ведущих течений, преломленных по-своему и свежо. Симфония отличается активностью, динамичным напором, неожиданными контрастами.
В эти же годы Шостакович концертирует как пианист. Он получил почетный диплом на первом Международном конкурсе им. Ф. Шопена в Варшаве, какое-то время стоял перед выбором - сделать своей профессией сочинение музыки или концертную деятельность.
После Первой симфонии началась краткая полоса экспериментов, поиска новых музыкальных средств. В это время появились: Первая соната для фортепиано (1926), пьеса "Афоризмы" (1927), Вторая симфония "Октябрь" (1927), Третья Симфония "Первомайская" (1929).
Появление кино- и театральной музыки ("Новый Вавилон" 1929), "Златые горы" 1931, спектакли "Клоп" 1929 и "Гамлет" 1932) связано с формированием новых образов, особенно социальной карикатуры. Продолжение этого было найдено в опере "Нос" (по Н.В. Гоголю 1928) и в опере "Леди Макбет Мценского уезда" ("Катерина Измайлова") по Н.С. Лескову (1932).
Сюжет одноименной повести Н. С. Лескова переосмыслен Шостаковичем как драма незаурядной женской натуры в условиях несправедливого общественного устройства. Сам автор назвал свою оперу "трагедией-сатирой". В ее музыкальном языке гротеск в духе "Носа" сочетается с элементами русского романса и протяжной песни. В 1934 опера была поставлена в Ленинграде и Москве, шла под названием "Катерина Измайлова"; затем последовал ряд премьер в театрах Северной Америки и Европы (опера 36 раз выходила в (заново переименованном) Ленинграде, 94 раза в Москве, ее также ставили в Стокгольме, Праге, Лондоне, Цюрихе и Копенгагене. Это был триумф и Шостаковича поздравляли как гения.)
В январе 1936 спектакль "Катерина Измайлова" посетил Сталин. Опера шокировала его. Реакция нашла свое выражение в редакционной статье "Сумбур вместо музыки", опубликованной в "Правде" и на долгие годы определившей пути развития советской музыки. Спустя несколько дней "Правда" напечатала еще одну редакционную статью на музыкальную тему "Балетная фальшь"; на этот раз уничтожающей критике был подвергнут балет Шостаковича "Светлый ручей" (1935).
После статей "Правды" большинство произведений Шостаковича, написанных до 1936, практически исчезло из культурного обихода страны. Композитор был вынужден отменить назначенную на осень 1936 премьеру симфонии N4 (впервые она была исполнена в 1961). "Катерина Измайлова" была "реабилитирована" на родине только в 1962. Сочинения 1920-х годов (за исключением симфонии N1 и некоторых миниатюр) не исполнялись в СССР вплоть до середины 1960-х годов, а "Нос" был возобновлен только в 1974.
Четвертая (1934), Пятая (1937), Шестая (1939) симфонии представляют собой интересный новый этап в творчестве Шостаковича.
Развивая симфонический жанр, Шостакович одновременно придает все большее значение камерно-инструментальной музыке.
Появляются ясные, светлые, грациозные, уравновешенные Соната для виолончели и фортепиано (1934), Первый струнный квартет (1938), Квинтет для струнного квартета и фортепиано (1940) стали крупнейшими событиями музыкальной жизни.
Седьмая симфония (1941) стала музыкальным памятником Великой Отечественной войне. Продолжением ее идей стала Восьмая симфония.
В послевоенные годы все больше внимания Шостакович уделяет вокальному жанру.
В феврале 1948 было опубликовано Постановление ЦК ВКП(б) об опере В. И. Мурадели "Великая дружба", в котором музыка крупнейших советских композиторов в том числе Прокофьева, Шостаковича, Хачатуряна объявлялась "формалистической" и "чуждой советскому народу". Новая волна нападок на Шостаковича в прессе значительно превзошла ту, что поднялась в 1936. Вынужденный подчиниться диктату, Шостакович, "осознав ошибки", выступил с ораторией "Песнь о лесах" (1949), кантатой "Над Родиной нашей солнце сияет" (1952), музыкой к ряду фильмов исторического и военно-патриотического содержания и др., что отчасти облегчило его положение. Параллельно сочинялись произведения более высокого художественного достоинства концерт N1 для скрипки с оркестром, вокальный цикл "Из еврейской народной поэзии" (оба 1948) (последний цикл никак не согласовывался с антисемитской политикой государства), струнные квартеты N4 и N5 (1949, 1952), цикл "24 прелюдии и фуги" для фортепиано (1951); за исключением последнего, все они были исполнены только после смерти Сталина.
Симфонизм Шостаковича дает интереснейшие примеры использования классического наследия бытовых жанров, массовых песен (Одиннадцатая симфония "1905 год" (1957), Двенадцатая симфония "1917 год" (1961)). Продолжением и развитием наследия Л.-В. Бетховена стала Тринадцатая симфония (1962), написанная на стихи Е. Евтушенко. Сам автор говорил, что в его Четырнадцатой симфонии (1969) использованы идеи "песен и плясок смерти" Мусоргского.
Важная веха - поэма "Казнь Степана Разина" (1964), она стала кульминацией эпической линии в творчестве Шостаковича.
Четырнадцатая симфония соединила достижения камерно-вокального, камерно-инструментального и симфонического жанров. На стихи Ф. Гарсия Локи, Т. Апполинаро, В. Кюхельбекера и Р.М. Рильке создано глубоко философское, лирическое произведение.
Завершением большой работы по развитию симфонического жанра явилась Пятнадцатая симфония (1971), которая объединила все лучшее, что было достигнуто на различных этапах творчества Д.Д. Шостаковича.
Громадный объем, высочайший уровень творчества Шостаковича - это не только вклад в судьбу и историю отечественной музыки, но и вклад в развитие мировой культуры.
Остается один вопрос - в России ощущается некоторое охлаждение к Шостаковичу, а на Западе его тем временем все чаще называют первым среди равных в семье величайших композиторов XX века. В России видимо срабатывает не очень лицеприятная мысль-"Тут своих проблем хватает. Зачем же еще и в концертном зале душу разрывать на части..."
Шостакович был как зеркало: каждый видел в нем себя, свое. Это свойство величайших художников. Потому мы и зовем их "вечными спутниками".
(с) http://peoples.ru/art/music/composer/shostakovich (http://peoples.ru/art/music/composer/shostakovich)
:idea::idea::idea:
Теперь вкратце о том, что происходило вчера.
В первом отделении Национальный симфонический под руководством Н.Дядюры, бессменного, как на моей памяти, его руководителя и дирижёра, совместно с австрийской "звездой" скрипки, Давидом Вольфгангом, отыгрывали
Концерт №5 ля мажор для скрипки с оркестром, KV 219:
I. Allegro aperto
II. Adagio
III. Rondo. Tempo di menuetto
- как о том свидетельствует программка :dontknow:.
Выступление не слишком впечатлило, по ряду причин: во-первых, я это произведение слышу впервые, а Моцарт лично для меня хорош именно своими чудесными узнаваемыми мелодиями. Во-вторых, в скрипке австрийца я не услышал Откровения. Он выступил хорошо, но душу не зацепил. Несколько раз мне даже показалось, что смычок на краткий миг давал сбой... :upset:. В-третьих, я шёл всё-таки не на Моцарта, мне хотелось более сложной композиционно, более "нагружающей", более зрелой музыки. Русской музыки хотелось мне! :idea:. Что ж, во втором отделении я получил всё это с лихвой :pray:. До сих пор не совсем понимаю политику ставить такие разные произведения столь разных композиторов в одном концерте, кстати... :fingal:. Перед Шостаковичем можно было разогреть публику, скажем, Григом или Чайковским :umnik:. Хотя, блин, кто я такой, чтобы их ставить в один ряд :crazy:.
Второе отделение - собственно одиннадцатая симфония, прошло не на одном дыхании (это по-моему невозможно), но с полной концентрацией так точно.
Опять-таки вернусь немножко к программке, процитирую пару строк оттуда:
"К созданию Одиннадцатой симфонии Шостакович шёл постепенно. Она была подготовлена целой цепочкой произведений. Тема революции розрабатывалась композитором ещё во Второй ("Посвящение Октябрю") и Третьей симфонии ("Первомайской"). В 1952 году он создаёт Десять поэм для хора на стихи русских поэтов конца ХIХ начала ХХ ввеков. Наиболее развёрнутая из них "9 января". Неслучайно, что две основные мелодии этой поэмы заняли центральное место в Одиннадцатой симфонии. Кроме них, Шостакович использовал реальные напевы народных революционных песен".
Такой себе исторический выходит революционный музыкальный очерк.
О музыке немного напишу, чтоли... Очень сложное, но логичное построение произведения держит слушателя в постоянном состоянии ожидания, тревоги, и в нескольких местах идёт очень сильная, ударная разрядка. Первая часть начинается эдаким постепенным струнным нагнетением. Всё ждёш перехода в основную мелодию, или в вариацию, однако музыка заставляет тебя переставать прогнозировать, и держит не просто в ожидании - в тревоге, в чустве уверенности в чём-то неизбежном. Эдакое тревожное предчувствие в конце концов увенчивается уверенностью: это меняется, постепенно набирает силу оркестровая мощь, в своём звуковом сплетении композиция звуков напоминает хмурящееся перед грозой небо, готовящееся к шторму море ...Или мрачные настроения масс в редвкушеньи революции :idea:.
Бабабанные, словно пушечно-пулемётные фрагменты, обрывки мелодий тех лет (снова на помощь программка приходит: это старинные тюремные песни "Слушай", "Арестант", в первой части; заимствования из поэмы "9 января", "Гой ты, царь наш, батюшка!", "Обнажите головы" в последующих двух...), затишья, вновь постепенное "раскачивание" всей симфонической оркестровой мощи звучания, до дрожи прошибающие насквозь звуковые Пики, когда звучат литавры, гонг, большие тарелки, вновь спад, возврат к изначальным темам... Как будто читаешь роман с множеством сюжетных линий, и всё сбалансировано так, что не можешь не понимать, насколько продумано место для каждого персонажа (в данном случае - для кажой отдельной темы, отрывка, фрагмента).
Финал симфонии окончательно добивает тем, что ожидаешь ещё одного такого ударного Пика, а тебя берёт в плен совершенно потрясающее сплетение тем. Когда это играет около 50-ти инструментов, глубина звука такова, что это сплетение вообще выводит из адекватного состояния: хочется там растаять...
В общем, что и говорить, после концерта чувствуешь себя ещё некоторое время слегка "пришибленным" :degenerat:.
Таков мой профанский взгляд со стороны на вчерашний концерт. Призвана эта попытка отчота ещё раз заверить тех, кто позиционирует себя как яростный противник классических форм, и настаивает на ущербности жанра, либо убить себя об стену (предпочтительно :deal:), либо учить матчасть и пытаться всё же постигать непостижимое (то есть следить за анонсами таких концертов, хотя бы :upset:), либо навсегда отказаться от любых высказываний о классической музыке: ни я ни мои возможные опоненты всё равно нихрена в ней не смыслят, так давайте же хотя бы не смешить друг друга излишним пафосом громких, и ничего не значащих фраз :idea:.
---
Засим кончаю. Спасибо за Ваше внимание, если дочитали до этого места :bow:.